Пресс-центр

Таисия Прокопьева: «Главное для наших пациентов – не «уйти в болезнь»

Ревматические болезни занимают третье-четвертое место среди причин утраты трудоспособности, уступая лишь болезням сердца, раковым опухолям и травмам. Поэтому так важно понимать, как их не только лечить, но и предотвращать риски заболеть ими.  О работе ревматологической службы в Чувашии «Медицинскому вестнику» рассказала главный внештатный ревматолог Минздрава республики, заведующая ревматологическим отделением БУ «Республиканская клиническая больница» Т.В. Прокопьева. 

– Таисия Владимировна, много ли людей сегодня страдают от ревматологических болезней?

– По некоторым оценкам, в России таких больных не менее 15 миллионов, и с каждым годом их становится все больше, так как с увеличением продолжительности жизни население стареет, массово растут проблемы с избыточной массой тела, малоподвижный образ жизни также не способствует сохранению здоровья. Почти в каждой семье есть человек, имеющий то или иное заболевание суставов. Больных аутоиммунными заболеваниями, которые проявляются в том числе и артритом, также становится больше, в том числе после перенесенной коронавирусной инфекции. Довольно стремительно меняется картина заболеваний: то, что считалось когда-то чисто ревматологическим или гастроэнторологическим, сейчас имеет одинаковое происхождение, и, например, аутоиммунное заболевание кишечника и наше аутоиммунное заболевание и лечится одинаково. Самые распространенные боли у наших пациентов – в спине, практически каждый человек на планете страдает ими. Болями в коленном суставе страдает каждый второй человек после 70 лет. Подагра (это в основоном удел мужчин среднего возраста, женщины от нее мучаются реже) приводит к таким острым, мучительным болям, гораздо сильнее и зубной, и онкологической.

Всего существует более ста ревматологических заболеваний, и все они протекают по-разному. Но в целом выделяют два типа ревматологических заболеваний – дегенеративные и аутоиммунные. Дегенеративные – те, которые приобретаются с возрастом из-за каких-то внешних причин. Такой характер заболевания обозначаются окончанием «оз» в названии. К этому типу относятся остеоартрозы, артрозы. Эти заболевания, особенно на 1-2 стадии, не требуют лечения в ревматологическом отделении. Пациент с дегенеративным типом заболевания проходит лечение в терапевтических отделениях или под наблюдением своего участкового терапевта, при необходимости проводится консультация ревматолога, который более подробно расписывает лечение.

Аутоиммунные заболевания – это сбои внутренних систем организма, при которых сам организм начинает работать против себя. К этому типу относятся ревматоидный артрит, анкилозирующий спондилит, спондилоартрит, васкулиты, а также диффузные заболевания соединительной ткани. Окончание «ит» в названии заболевания говорит о том, что оно носит воспалительный характер. И нашими пациентами являются больные именно с аутоиммунными ревматологическими заболеваниями. К сожалению, частой проблемой наших пациентов является то, что они «уходят в болезнь». Почти 30% страдают депрессией – иногда явной, иногда скрытой, и это усугубляет течение болезни и мешает лечебному процессу.

– Охарактеризуйте общую ситуацию с ревматологической заболеваемостью в Чувашской Республике.

– На 2020 г. всего в республике состоит на учете 23 383 пациента с ревматологическими заболеваниями, из них 17871 взрослый и 4910 детей.

За последние пять лет заболеваемость в Чувашии значительно не отличается от заболеваемости по ПФО и по всей России. Общая заболеваемость взрослого населения республики в 2021 г. составила 147,5 на 1000 человек, первичная – 31,5. Общая заболеваемость детей до 14 лет составила 165,7 случая на 1000, первичная – 4,7. У подростков 15-17 лет заболеваемость выше – 190,1 и 8,9 соответственно.

В 2021 г. в ревматологическом отделении Республиканской клинической больницы (РКБ) было пролечено 1174 больных со всей республики, нуждавшихся в базисной или генно-инженерной терапии. В Республиканской детской клинической больнице (РДКБ) – 186 пациентов. Больные, нуждавшиеся лишь в коррегировании лечения, проходили его в терапевтических отделениях по месту жительства. Конечно, поправки внесла пандемия коронавируса, особенно в городских медорганизациях и центральных районных больницах, но в республиканских учреждениях поток пациентов практически сохранен.

Отмечу также, что проблема хронических воспалительных заболеваний, которые сопровождают пациента на протяжении всей жизни и сокращают ее продолжительность, выходит сегодня на первый план. Ревматоидный артрит – это заболевание, занимающее одно из первых мест среди причин инвалидности и потери трудоспособности. Также с годами у человека заболевания, связанные с патологией суставов, накапливаются, и очень сильно ухудшают качество жизни. Ревматическими недугами болеют люди в любом возрасте. Пик заболеваемости приходится на самый трудоспособный возраст – 30–50 лет. Болезнь – не подарок в любом возрасте, а для молодых людей такой диагноз – трагедия.

– Какие ревматологические заболевания лидируют?

– Среди болезней костно-мышечной системы и соединительной ткани лидер – остеоартроз (27,1%). На втором месте по распространенности – деформирующие дорсопатии (15,4%). Третье место занимает ревматоидный артрит (1,9%).

Ревматоидный артрит весьма распространен, им болеют до 2% населения мира. А вообще сегодня в России насчитывается около 1,5 млн. тяжелых ревматологических больных, которым требуется пожизненное лечение, в том числе дорогостоящее инновационное, и которые потенциально могут нуждаться в протезировании суставов.

В 2018 г. в России было проведено эпидемиологическое исследование по распространенности ревматических заболеваний (РЗ), которое показало, что на боли в суставах, в первую очередь, коленных и тазобедренных, в течение жизни или в момент опроса жаловались 39,5% опрошенных, а припухание суставов отмечал в среднем каждый четвертый (26%) взрослый житель России. Из них только у 8% с течением времени проходят артралгии и у 7% – артриты.

Истинная распространенность РЗ, полученная в ходе эпидемиологического исследования, превысила данные официальной статистики в 2,5 раза по ревматоидному артриту, в 5 раз – по остеоартрозу, в 3,5 раза – по спондилоартритам, и в 3 раза – по системным заболеваниям соединительной ткани. Это не в последнюю очередь связано с низким уровнем обращаемости за медицинской помощью, во многом обусловленным значительной отдаленностью больших территорий от специализированных центров, а также с недостаточным уровнем подготовки врачей первичного звена по проблемам ревматологии, что неизбежно приводит к серьезным дефектам диагностики и регистрации. В связи с пандемией ковид-19 аутоиммунные заболевания, за которые отвечает наш иммунитет, в последние два года возросли.

– Существуют ли целевые федеральные программы по профильному направлению? Какие меры принимаются в республике для изменения ситуации?

– Целевой программы как таковой не было, но многие вопросы решались вначале в рамках модернизации здравоохранения, а с 2019 г. в рамках национального проекта «Здравоохранение» – по повышению качества медицинской помощи, а также повышению доступности первичной и специализированной помощи. Наши пациенты, имеющие инвалидность, получают по федеральной льготе препараты генно-инженерные по месту жительства, а те пациенты, которые не имеют инвалидности, получают необходимую терапию на базе нашего отделения в РКБ. Для этого мы ведем федеральный и региональный регистр пациентов.

– Каким образом организована работа ревматологической службы Чувашии?

– Система оказания помощи ревматологическим больным – трехуровневая. На первом уровне ревматологическими больными занимаются участковый терапевт и педиатр. Они могут заподозрить заболевание и направить на консультацию к ревматологу, это в их обязанности входит. А потом, когда пациент обследуется или пролечится в ревматологическом отделении, дальнейшая их задача состоит в том, чтобы продолжить назначенную нами терапию. Второй уровень представляют терапевтические стационарные отделения ЦРБ, ММЦ и горбольниц – там на основании наших рекомендаций продолжается лечение пациентов.

Третий уровень – специализированной медпомощи – представлен ревматологическим отделением в РКБ, которое было открыто больше 30 лет назад после разделения кардиоревматологической службы. Этот же уровень представляют ревматологические койки в Центральной городской больнице г.Чебоксары (ЦГБ). Маленькие пациенты лечатся в отделении детской кардиологии и ревматологии РДКБ.

С 2014 г. в ревматологическом отделении РКБ работает дневной стационар, а на базе Республиканского диагностического центра – кабинет генно-инженерной терапии, где пациенты также могут пройти плановый курс, не ложась для этого в стационар.

Отмечу также, что в рамках оказания экстренной медицинской помощи наши специалисты выезжают по санавиации на места к тяжелым больным, либо, если пациент транспортабельный, в срочном порядке доставляют его столицу республики. В условиях пандемии чаще всего у нас проводились телемедицинские консультации, более 100 в 2021 г.

– Какова ситуация с кадрами, обеспеченность службы койками?

– Всего в республике сегодня 14 врачей нашего профиля. В ревматологическом отделении РКБ работает 3 врача и 2 ведут прием в поликлинике РКБ. Еще 5 специалистов ведут прием в ЦГБ, в Новочебоксарской горбольнице, в Канашском ММЦ и в Федеральном центре травматологии, ортопедии и эндопротезирования МЗ РФ. 4 детских ревматолога в РДКБ.  Занимаемся подготовкой новых кадров.

Что касается коечного фонда, то в ревматологическом отделении РКБ – 29 круглосуточных коек и 4 койки дневного стационара, плюс 7 коек в ЦГБ. В РДКБ для детей – 8 коек. Нагрузка большая, но специалисты справляются.

– Каким образом главный специалист координирует деятельность всех специалистов?

– Проблем с координацией нет, поскольку в республике нас мало. В обязательном порядке мы собираемся на врачебные общества. Поскольку ревматология – это специальность, вышедшая из терапии, то мы принимаем участие в каждом заседании общества терапевтов, читаем на них свои доклады и демонстрируем клинические случаи. К сожалению, также на этот процесс повлияла пандемия, и конференции в прошедшие 2 года проводились, в основном, в режиме онлайн.

Ранее у нас было налажено тесное сотрудничество с ревматологами из федеральных клиник Москвы и Санкт-Петербурга, и довольно часто оттуда к нам приезжала профессура с лекциями и мастер-классами по спондилоартриту, псориатическому и ревматоидному артриту. Два года был перерыв, но в этом году контакты возобновились. Профессор МГМУ им. И.М. Сеченова, председатель правления Российской ассоциации паллиативной медицины, доктор медицинских наук Г.А.Новиков провел для наших врачей специальные мастер-классы и проконсультировал наших пациентов.

Ревматолог, помимо своей специальности, обязательно должен знать всю терапию, потому что иногда, чтобы выставить диагноз, нужно столько отдифференцировать, чтобы понять, какое именно заболевание у человека. А для этого нужно постоянно получать новые знания. Я, как главный специалист, контролирую процесс непрерывного медицинского образования ревматологов.

– Как соблюдается современный стандарт лечения ревматологических заболеваний, на что может рассчитывать профильный больной?

– Конечно, стандарты, утвержденные Минздравом России по нашему нозологическому профилю, всегда соблюдаются. В нашей работе мы также пользуемся клиническими рекомендациями, в которых четко и поэтапно прописаны все этапы диагностики, лечения, реабилитации и профилактики. Кроме того, базовым приказом при оказании медицинских услуг для нас является Приказ Минздрава России от 10.05.2017 г. N 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», в котором дан полный перечень критериев качества по группам заболеваний.

Сегодня во всем мире золотым стандартом является принцип, который пришел в ревматологию из пульмонологии – принцип раннего назначения противовоспалительного препарата в качестве эмпирической терапии. Более 10 лет назад у нас появились базисные противовоспалительные препараты, которые тормозят развитие воспалительного процесса и разрушение суставов. Мы начинаем лечить пациента при 1 и 2 стадии, и подбираем ему адекватную дозу. И, согласно клиническим рекомендациям и стандартам, пациенты с аутоиммунными заболеваниями базисную терапию обязательно должны пройти в стационаре. Ведь базисные препараты – это цитостатики, и когда мы их назначаем, мы должны обязательно тщательно наблюдать за больным, следить, как пациент переносит этот препарат, смотреть на анализы, чтобы избежать нежелательных реакций и назначить потом правильное лечение, ведь оно идет уже практически всю жизнь.

– Какие новые методы исследования были внедрены в диагностику заболеваний в Чувашии?

– Если раньше диагноз мы ставили только на основании рентгеновских снимков, а там 1 и 2 стадии заболеваний чаще всего вообще не диагностируются, то сейчас благодаря методам обследования МРТ и УЗИ мы на самом раннем этапе, когда еще суставы не повреждены, когда изменения идут только на уровне связок, мы можем увидеть воспаление. Опираясь на эти исследования, мы можем начать терапию.

Сегодня также очень продвинулась лабораторная диагностика, в том числе, исследования на маркеры системных заболеваний, на онкомаркеры. С тех пор, как в арсенале врачей появился очень специфичный анализ крови на АЦЦП (антитела к циклическому цитруллинсодержащему пептиду), диагноз выставляют быстро, кроме того, сократился и срок наблюдений.

Но, несмотря на появление уникальных возможностей инструментальной диагностики, сегодня роль внимательного и вдумчивого врача ничуть не меньше, чем когда в его распоряжении не было ничего, кроме рентгена и простых лабораторных методов, например, определение скорости оседания эритроцитов. И тогда, и сейчас точность диагноза зависит от того, насколько врач точно знает симптомы конкретного заболевания, и от его умения дифференцировать их.

Сегодня пришло понимание, что, например, ревматоидный артрит, будучи хроническим заболеванием, является ургентным заболеванием, то есть требующим срочного врачебного вмешательства, невыполнение которого грозит серьезными осложнениями или летальным исходом для данного больного. И хотя счет идет, конечно, не на секунды, но если опоздать на 3-4 месяца с назначением по-настоящему мощной терапии, тогда больному эта терапия уже может и не помочь. А государство вынуждено будет лечить такого больного, используя дорогостоящие методы. Так что чем раньше мы ставим диагноз и начинаем лечение, тем меньше вероятность того, что больному потребуется дорогостоящая терапия на всю жизнь. Если мы поставим диагноз уже на первой стадии, то мы не дадим разрушаться суставу, а это значит – уменьшается инвалидизация.

– За последние десятилетия в ревматологии появились новые технологии, методики лечения, новые препараты?

– Технологии лечения ревматологических заболеваний в мире все время совершенствуются. Болезни эти сложные и труднолечимые, чаще всего – пожизненные. Начиналось все с антибиотиков и анальгетиков, были даже препараты золота, затем в дело пошли гормоны, которые стали давать мощный и видимый эффект. Использование кортизола даже стало золотым стандартом лечения заболевания в ХХ веке, это открытие получило Нобелевскую премию. Впоследствии стали появляться другие противоревматические препараты. Базисным противовоспалительным препаратом стал метатрексат, который и сегодня используется на лечения наших пациентов.

Но, конечно, основной прорыв в ревматологии был совершен, когда был расшифрован, хоть и не до конца, патогенез ревматических болезней – определена роль врожденного и приобретенного иммунитета, роль цитокинов и их рецепторов в развитии ревматических заболеваний. Так в начале XXI века случилась настоящая революция в медицине - началась эра так называемых биологических препаратов и специалисты получили шанс понять, как развивается болезнь, и получить препараты, которые могут влиять на этот процесс. Именно эти препараты изменили жизнь пациентов и неблагоприятный прогноз развития болезни.

Препараты, полученные генно-инженерным путем, оказывают точечное воздействие на тонкие механизмы развития недуга. Мишенью для них являются цитокины, рецепторы цитокинов, ко-стимулирующие и CD-молекулы. Генно-инженерные препараты обладают очень высокой и быстрой эффективностью и работают по принципу «золотой пули». Как правило, все они являются молекулой глобулина G. Таким образом, у медиков появилась возможность для проведения дифференцированной таргетной персонализированной терапии тяжелых пациентов с ревматическими заболеваниями. Отмечу, что лечение генно-инженерными препаратами (в виде подкожных, внутривенных инъекций, а теперь есть даже и таблетированные препараты) больные, входящие в федеральный регистр, получают на базе своих территориальных больниц.

В настоящее время существует более 20 инновационных препаратов. Это моноклональные антитела (белки, практически неотличимые от белков организма человека), специальные гибридные рекомбинантные белки. Эти антитела блокируют синтез определенных, наиболее важных медиаторов воспаления. У нас в республике используются 12 видов таких препаратов. Назначаются они в том случае, если не помогла стандартная терапия базисными противовоспалительными препаратами. Таких больных – 20-30%. В Чувашии ревматологическим больным первые генно-инженерные препараты были прописаны в 2006 г., а на постоянной основе большая группа пациентов стала их получать с 2009 г. На сегодняшний день в Чувашии таких больных более 100. Наша задача – постоянно выявлять пациентов, которых необходимо с базисной терапии переводить на генно-инженерную.

Однако подчеркну, что нет универсального метода или лекарства, помогающего всем пациентам с ревматическими заболеваниями. Пациенты отличаются друг от друга по своей реакции на лечение. Поэтому очень важно следить за развитием симптомов в ходе терапии, регулярно наблюдаясь у ревматолога. Врачам важно не только контролировать развитие заболевания, помочь пациентам снизить болевые ощущения. Очень часто уменьшение болевых ощущений создает иллюзию выздоровления, и здесь очень важно объяснить больному, что лечение следует продолжать с той же интенсивностью. Непонимание этого может привести к резкому рецидиву заболевания, а наверстать упущенное в эйфории время часто оказывается чрезвычайно сложно.

– Какого рода высокотехнологичную медицинскую помощь (ВМП) оказывают пациентам в Чувашии?

– В принципе, дорогостоящие генно-инженерные биологические препараты в ревматологии относятся к ВМП. Назначает терапию такими препаратами специальная комиссия из НИИ ревматологии или других профильных федеральных центров. Ранее пациенты сами ехали туда с нашим направлением, либо мы приглашали специалистов в Чувашию, сегодня активно задействованы для этого телеконсультации. В прошлом году в республике было оказано 200 случаев ВМП. Лечение генно-инженерными препаратами (в виде подкожных, внутривенных инъекций, а теперь есть даже и таблетированные препараты) больные получают на базе своих территориальных больниц.

– Каковы основные достижения в оказании помощи больным ревматологическими заболеваниями?

– Появление новейших препаратов дало возможность помочь тем пациентам, которым еще 5-7 лет назад практически не на что было надеяться. Терапия, начатая в более раннем возрасте, на ранней фазе, более агрессивная, позволяет не дать разрушиться суставам. В результате внедрения генно-инженерной терапии, количество пациентов с инвалидностью значительно сократилось. Пациенты остаются трудоспособными, несмотря на тяжелый диагноз. Если мы правильно лечим, то благодаря этим препаратам, разрушение суставов тормозится или даже прекращается, и человек остается трудоспособным до пенсии.

Важнейшим достижением, на мой взгляд, является то, что неуклонно снижается смертность. С 2014 г. летальность составила 1-2 человек в год. А в 2016, 2019, 2021 годах у нас не умер ни один пациент. И самым главным достижением является то, что с новой терапией глубокие инвалиды возвращаются к полноценной жизни. Вот яркий пример: одна из наших молодых пациенток с болезнью Бехтерева вообще не могла ходить. После операции на оба сустава она стала получать терапию генно-инженерными препаратами. Инвалидность у нее осталась, но уже не I, а III группы, она закончила институт, стала работать, родила дочь. Кстати, стали мамами уже несколько наших пациентов, что не может не радовать!

– Получается, что современными препаратами можно вылечить даже запущенные случаи?

– Увы, абсолютной панацеи нет. К тому же, как и любое другое лекарство, инновационные препараты тоже имеют побочные реакции и влияют на иммунную систему, и в первую очередь возникает риск инфекционных осложнений. Впрочем, абсолютных противопоказаний для терапии немного, это – цирроз печени, сепсис, онкозаболевание в предшествующие 5 лет, тяжелые заболевания нервной системы.

Но самые запущенные случаи не лечатся лекарствами – здесь необходимо хирургическое вмешательство. Операции на суставах проводятся в хирургических отделениях медицинских учреждений. ВМП оказывает Чебоксарский Федеральный центр травматологии, ортопедии и эндопротезирования, чьи врачи владеют техникой сложнейших операций: эндопротезирование суставов, артроскопия крупных суставов, вертебрологические и нейрохирургические операции. Эндопротезирование выполняется с использованием компьютерной навигационной системы, позволяющей имплантировать протез с максимальной точностью.

– Ревматологические заболевания часто бывают запущенными, потому что их трудно диагносцировать?

– Нет, но они характеризуются своими особенностями в диагностике. Ранняя диагностика раньше не воспринималась как критически важный аспект в стратегии помощи таким пациентам, ведь ревматические заболевания не считались ургентными, то есть требующими оказания срочной помощи.

К примеру, у ревматоидного артрита имеется 4 стадии поражения суставов, где 4 стадия – это уже полностью разрушенный сустав, и человек становится глубоким инвалидом, так как он не может ходить и обслуживать себя. Чтобы поставить диагноз, мы должны были выявить изменения на рентгенологических снимках, но 1 и 2 стадию по ним было поставить практически невозможно, поскольку на этом этапе заметны только минимальные изменения. Так что, пока мы не начинали видеть изменения, характерные для 3 стадии (то есть визуальное разрушение сустава), мы не могли начать лечение. Да и анализ крови на уровень ревматоидного фактора и С-реактивного белка не всегда помогал, ведь их повышенный уровень мог быть признаком любых других воспалительных заболеваний, причем даже не ревматологического характера. При этом, даже если эти показатели были повышены годами, мы опять же не имели право выставить ревматологический диагноз, если у пациента не было жалоб. Ведь началом ревматологического заболевания считалось появление боли. Если ее не было, нам приходилось занимать выжидательную позицию, через какое-то время снова назначить анализы. Хотя появившаяся боль уже означает, что процесс разрушения сустава начался.

Так что у основного количества наших пожилых пациентов, к сожалению, страшно деформированные суставы, поскольку их лечение начиналось поздно. Отрадно, что сейчас стратегия помощи нашим пациентам коренным образом поменялась.

– Каковы основные факторы риска ревматологических заболеваний?

– Во-первых, это – наследственная предрасположенность. В группу риска, прежде всего, входят кровные родственники больных с любыми заболеваниями суставов, эти люди должны обращаться к терапевту, а затем и к ревматологу при любых проблемах со стороны суставов и как можно раньше. Но и здесь существует целый комплекс генетических факторов, а не какой-то определенный ген, передающийся от матери ребенку. Предрасположенность к некоторым видам ревматических заболеваний можно выявить при генетическом типировании, когда и где проводить это обследование, подскажет врач.

Во-вторых, влияние внешней среды. Под этим я, в первую очередь, подразумеваю инфекцию. Конечно, не стоит воспринимать это буквально, ведь заразиться ревматоидным артритом нельзя. Однако хроническая инфекция играет очень серьезную, если не решающую роль в пусковом механизме этого заболевания. Очень часто инфекция протекает в скрытой форме, постепенно приводя к последствиям, которые можно определить клинически.

Ревматические заболевания – многофакторные. Никто пока не знает, отчего у совсем маленьких детей или у взрослых в какой-то момент иммунитет может начать работать против своего организма, вызывая аутоиммунные заболевания. В какой-то мере факторами риска являются ранний возраст, пол и неадекватные нагрузки.

Ревматоидным артритом и остеоартрозом коленных суставов больше болеют женщины. А основной контингент больных анкилозирующим спондилитом (поражение позвоночника) – мужчины от 14 до 40 лет. Часто к этому заболеванию приводят большие нагрузки в армии. Мужчины также чаще страдают остеоартрозом тазобедренных суставов, при этом к 60-70 годам заболеваемость достигает 80-90%. Исследования также показали, что часто тому виной случается плоскостопие, которое приводит к неправильному распределению нагрузки на группы суставов, и, вследствие этого, к быстрому и неправильному стиранию суставного хряща. Когда стопа теряет свой свод и становится плоской, вначале искривляются пальцы, потом начинаются боли в голеностопных, коленных и тазобедренных суставах.

Мощнейшим фактором риска является избыточный вес. Он также дает механическую нагрузку на суставы, часто приводит к плоскостопию, со всеми вытекающими из него последствиями. В зоне риска развития плоскостопия находятся женщины, у которых избыточный вес может появиться из-за беременности и родов. Отмечу также общие для всех хронических заболеваний факторы риска – курение и плохие зубы. Ковид-19 тоже действует на иммунитет. На фоне пандемии увеличилась заболеваемость такими болезнями, как системная красная волчанка, васкулиты, ревматоидные артриты.

– Как проводится профилактика заболеваний?

– Первичная профилактика – это однозначно охранительные меры: борьба с неправильным питанием, с избыточным весом, с инфекционными заболеваниями. Профилактика алкоголизации населения, курения, вакцинация от ковид-19. Своевременная вакцинация стандартными прививками также может профилактировать ревматологические заболевания у детей и взрослых.

Отмечу, что профилактика артрозов – это, прежде всего, профилактика плоскостопия, причем делать это необходимо с раннего детства. Человек рождается с физиологическим плоскостопием, то есть у всех маленьких детей ножка плоская. Но чтобы с возрастом правильно развился свод стопы, нужно, чтобы дети чаще ходили босиком, занимались специальными упражнениями. Очень часто плоскостопие развивается у детей и у взрослых из-за того, что они носят неправильную обувь – она должна быть ортопедической. Поэтому обязательно нужно носить супинаторы, специальные стельки – но обязательно решая этот вопрос с врачом.

Снижение индекса массы тела всего на 2 единицы позволяет снизить риск развития остеоартроза коленных суставов вдвое! Своевременное и правильное лечение травм суставов, выявление и коррекция ортопедических особенностей у детей и подростков является профилактикой остеоартроза у взрослых – плоскостопие, варусная (О-образная) и вальгусная (Х-образная) форма ног, врожденный вывих бедра, укорочение одной из конечностей и т.д. Профилактика – это исключение экстрима, который может привести к началу заболевания. Экстрим – это и крещенские купания в ледяной воде, и катание на роликах, сноубордах, приводящее к травмированию.

Профилактика аутоиммунных артритов более сложна, хотя под силу любому человеку: следить за состоянием десен, посещая парадонтолога не реже 2 раз в год для снятия зубных отложений, отказ от активного курения и ограничение так называемого «пассивного» курения, своевременное лечение вирусных инфекций. Однако только за счет здорового образа жизни снизить риск и частоту большинства хронических аутоиммунных заболеваний пока нельзя, поэтому, пожалуйста, не занимайтесь самолечением, а своевременно обращайтесь к профессионалам.

– Можно ли «поймать» начало ревматологического заболевания на осмотрах во время всеобщей диспансеризации? Может, необходимы специальные скрининги?

– Проводить какие-то дополнительные скрининги на выявление ревматологии и у всех подряд брать анализ на АЦЦП нецелесообразно. Ведь действительно самый первый звонок, который может указать на ревматологию, можно выявить на диспансеризации. На ее I этапе обязательно берется самый обычный общий анализ крови. Повышенный показатель СОЭ в крови (скорости оседания эритроцитов) будет говорить о каком-то воспалительном процессе в организме. Терапевт на это должен обратить внимание, провести более тщательный опрос, обследование пациента. А если при этом пациент жалуется на какие-то боли в суставах, боли в мышцах, то терапевт должен направить его на консультацию к ревматологу. А ревматолог уже будет назначать специфические анализы и обследования. Потом важно обязательно отследить свои результаты. И обязательно надо проходить углубленную диспансеризацию постковидным пациентам!

– Существуют ли мифы о лечении ревматологических заболеваний?

– Почему-то считается, что «скрючить» ревматические боли могут только пожилых людей, и что в ревматологическом отделении лежат только бабушки и дедушки. В реальности же ревматологические заболевания – это больше заболевания детей и молодых людей. Также среди мифов – ревматизм можно вылечить народными средствами. Какие-то временные эффекты могут наступать, но если говорить в среднем, то ничего, кроме грамотной, достаточно настойчивой лекарственной терапии, от ревматологических болезней не помогает.

Отдельно нужно сказать про плацебо. Часто псевдолекари зазывают людей, обещая вылечить, а если не поможет – обещая вернуть деньги. Такая формулировка рекламы может указывать на то, что при таком лечении вам точно подсунут «пустышку». Поскольку психологический фактор очень важен, зачастую она действительно помогает при болях в 30-40% случаев. Но, с другой стороны, это может сыграть злую шутку. Среди этих пациентов, которым вроде бы «полегчало», могут быть тяжелые больные. И они теряют драгоценное для реального лечения время, а когда приходят к специалисту, оказывается, что хорошие лекарства, которые могли бы помочь на начальных стадиях, для него уже бесполезны.

– Ваши пожелания коллегам и пациентам?

– Коллегам-врачам хочу пожелать, чтобы в текучке современного приема, когда не хватает времени на полноценную беседу с пациентом, все-таки более внимательно относиться ко всем его жалобам, быть ревматологически настороженным, ведь от вас зависит очень многое в лечении этих болезней! В наше время высоких технологий как никогда возросла роль личности врача, его умения общаться с пациентами. Современный врач должен быть не только широко образованным человеком, но и обязательно психологом. Как оказалось, самые современные и дорогостоящие противовоспалительные препараты мало помогают пациенту, который находится в депрессии! Она способна привести как к развитию ревматических болезней, так и способствовать их прогрессированию. Очень часто запущенные случаи болезни – это следствие того, что врач или пациент не смогли вовремя оценить потенциальную тяжесть заболевания и строили курс лечения без учета всех факторов развития болезни. Врач обязан с самого начала нацелить больного на активное противодействие болезни, а также завоевать его доверие, поскольку успех лечения во многом определяется уровнем их сотрудничества.

А пациентам стоит помнить, что иногда болезнь развивается очень скрытно: температура невысокая, слабость умеренная, сердце и суставы работают, как ни в чем не бывало. Что все начинается с несильных болей, которые сами пациенты недооценивают. В итоге, к нам часто приходят запоздало, чуть ли не с разрушенными суставами. Ревматические заболевания могут уменьшать продолжительность жизни, поэтому необходимо результативное лечение, которое снижает инвалидность и смертность. Мой совет: обязательно слушать свой организм, доверять врачам, а не знакомым, не искать решение вопроса в интернете. Не прибегать к самостоятельному приему препаратов, поскольку неверная схема терапии может вызвать развитие язвы желудка, желудочно-кишечные кровотечения, астматические приступы и другие нежелательные явления. И еще важно быть приверженным лечению. Нужно выполнять все рекомендации медиков без исключения. Но если человек для себя решил, что ему ничего не поможет, ему действительно ничего не поможет. Даже если это инновационные возможности лечения. Так что следует не просто полюбить себя, но и полюбить вовремя.

Подготовили Н. Володина, А. Шульдешов

Источник: "Медицинский вестник"

Дата публикации: 29.06.2022